Монако и Лазурный Берег / Le Journal russe de Monaco

Switch to desktop

Путь к признанию и успеху

Героиня нашего номера - профессор Елена БАРАНОВА (Монако), международный эксперт по геномике здоровья и персонализированной медицине, член Мирового совета антивозрастной медицины, создатель индивидуальных программ антиэйджинга и препаратов генной регуляции, была удостоена премии «Женщина года Франции», несмотря на то, что является россиянкой. Наш разговор об успехе, жизни и профессиональной карьере за рубежом русских женщин.

Елена, сегодня вы признанный специалист не только во Франции, Монако, но и во всем мире. Расскажите, как складывалась ваша жизнь за пределами России и за что вы были удостоены премии «Женщина года Франции»?

В 2003 году организация «Женщины-руководительницы предприятий во Франции» (Les femmes chefs d’entreprises France) выбрала меня женщиной года («Les femmes leaders») за выдающуюся карьеру. Я не была на тот момент членом данной организации, но уже получила профессорское звание в Университете Клермон-Феррана и только открыла собственный консалтинг. В 2002 году, пройдя по конкурсу, стала экспертом Европейской комиссии по вопросам геномики здоровья, затем прибавилась персонализированная медицина, а позже и антиэйджинг. Это был серьезный конкурс. В 2002 году Европа искала экспертов на основании определенных критериев: международного признания научной деятельности, наличия 3 образований, знания 3 языков и соответствия массе других критериев. Все кандидаты проходили множество тестов, в том числе и с учетом психологических особенностей: для работы экспертом требуется независимое мышление, что необходимо для наиболее объективной оценки проектов, данных и прочего.

С другом и коллегой Тьери Эртогом, одним из создателей антивозрастной медицины

Врачам с советскими или российскими дипломами адаптироваться на Западе очень сложно. Обычно приходится получать местное образование. Каким был ваш путь?

Я заведомо знала, что не пойду по пути подтверждения своего диплома Петербургской медицинской академии им. Павлова - блестящей медицинской школы. Кстати, сейчас дипломы нашего вуза признаны в Европе. Но на тот момент, в начале 90-х, такого не было. Сначала я уехала на стажировку в Англию, а оттуда меня пригласили на работу во Францию - после успешного выступления на международном конгрессе по генетике. Получившая большой толчок в развитии, именно в начале 90-х набирала обороты реализация мирового проекта «Геном человека». Шел 1993 год, разразился третий путч в России, и, собственно, из-за нестабильной ситуации я приняла приглашение поехать работать во Францию. Меня пригласили работать на медицинский факультет ассистентом профессора на кафедре генетики, цитологии и эмбриологии, что включало как научную, так и преподавательскую работу. Эта должность не требовала подтверждения моего диплома.

Но роковую роль в моей судьбе сыграло полное незнание географии. Университетский центр в Клермон-Ферране, куда меня пригласили, очень известен в мире, прежде всего в медицине. Однако я не имела ни малейшего понятия, где находится сам город. По российским меркам я решила, что час лету от Лондона примерно то же самое, что из Петербурга в Москву. Я не учла огромную разницу в культурах. Я тогда еще не говорила по-французски, и в начале 90-х даже в университете в Центральной Франции очень мало кто говорил по-английски - люди просто не отвечая отворачивались и уходили прочь. Было очевидно, что лучше говорить по-русски - по крайней мере, мне сразу улыбались в ответ, хоть и не понимали, о чем их спрашивала. Это был довольно сюрреалистичный опыт.

Французский язык вам дался легко?

Французский был для меня кошмаром. Но выхода не было - мне нужно было читать лекции французским студентам первого и третьего курсов. И, конечно, на французском языке, который пришлось учить в активном режиме для получения разрешения на работу. Французский я учила после Англии, не собираясь долго задерживаться во Франции. Фонетически французский плохо ложится на английский. Кроме того, Франции не было в моих планах, я хотела возвращаться обратно в Петербург, без которого не представляла жизни.

Приняв приглашение, я должна была за 3 месяца выучить французский язык. Чтобы преподавать на французском, надо было сдать специальный экзамен. Изучая язык, ты понимаешь менталитет людей, их традиции и национальные особенности. Первое, что у меня вызвало удивление - французское слово «petit» (маленький), которое французы используют постоянно, добавляя как основную характеристику не только предметов, но и чувств, и даже времени. Например, как отнестись к типичному ответу французов: вернусь через «маленький час»? До знакомства с этой нацией я была уверена, что час - это 60 мин. Как выяснилось, я ошибалась. Или их типичное: «есть маленькая проблема» - тут уж можно сразу быть уверенным, что эта маленькая проблема далеко не одна. Уменьшая размер, французы обычно «добирают» количеством. Но мы выросли в стране, где все большое - и любовь, и друзья, и проблемы. Знакомство с повседневной французской культурой было для меня жестким входом во французскую реальность - я себя чувствовала как Алиса в Стране чудес. Но затем обстоятельства сложились так, что я подписала довольно большой контракт и уже не могла от него отказаться. Далее, декан нашего факультета, известнейший профессор Брюа (BRUHAT A.M.), которому принадлежит первенство в создании гормонозаместительной терапии в мире, предложил мне работать на моих условиях над новой исследовательской работой в области «новой генетики» (т. е. применения генетических знаний в нашей повседневной жизни - фармакогенетика, экогенетика, нутригенетика, др.), по которой я защитила две диссертации. В том числе и высший университетский французский диплом, аналог нашей докторской диссертации - DIPLOME D’HABILITATION A DIRIGER DES RECHERCHES, - без которого нельзя добиться профессорского звания. Между этими двумя диссертациями был получен приз за лучшую научную работу на мировом конгрессе в Канаде по генетической тематике.

По какой конкретно теме?

Главная идея работы: в случае большинства распространенных заболеваний за одним заболеванием не может стоять только один ген. Мне удалось доказать мультигенную и мультифакторную природу заболеваний на примере эндометриоза. Далее этот подход стал широко использоваться для исследования мультифакторной природы заболеваний.

Раньше думали, что за каждым заболеванием стоит всего один ген. С тех пор был пройден большой путь, и я рада, что мне удалось внести свой вклад в современное видение генетики. В начале 90-х гг. возникла принципиально новая область медицины под названием «новая генетика». Она основана на принципе взаимодействия генов с внешней средой и на регуляции генной активности (экспрессии генов), а это и есть наша повседневная жизнь. Позже принципы регуляции активности генов легли в основу создания моих авторских индивидуальных программ.

Елена, вы ведь еще получили образование по психологии во Франции, а также являетесь одним из основателей индивидуальных подходов в современной антивозрастной медицине. Как вы все это успели?

Секрет в том, что я всегда занималась тем, что мне интересно. Это самый большой люкс, который я могу себе позволить в своей жизни - заниматься тем, что мне нравится.

Расскажите, пожалуйста, подробнее о вручении приза за лучшую научную работу и участие в других конкурсах.

Это было в Канаде, на мировом конгрессе. Представьте, мне 32 года, я стою на сцене зала, где находятся 700 человек. Средний возраст участников - 45 лет и 75% из них мужчины. И мне надо объяснять им, как работают гены и наследование. Было непросто, но совершенно необходимо: научиться говорить простыми словами о сложных вещах, о которых мало кто слышал.

Потом были другие конгрессы и конкурсы. Гарвард устраивал большой конкурс на подготовку специалистов в Европе. Так я оказалась в группе будущих экспертов, состоящей всего из 7 человек. Нам читали лекции лучшие профессора по генетике и другим необходимым дисциплинам из лучших американских и европейских университетов.

Позже, участвуя в конкурсе Европы по набору экспертов, я и получила звание эксперта при Европейской комиссии. Интересно, что Францию тогда представила я - русская (кстати, никогда не меняла своего гражданства), и еще один немец, живший во Франции. В области генетики, медицины, новейших технологий оказалось два эксперта, не являющихся коренными французами.

Как произошла ваша номинация на «Женщину года» во Франции?

В 2003 г. со мной связались представители организаций «Женщины-руководители» и «Женщины-лидеры», чтобы взять интервью. Тогда эти организации проводили программу-конкурс «Портреты женщин», по результатам которой я получила приз «Женщина года Франции» за выдающуюся карьеру». Это был очень интересный опыт. В своей речи я тогда сказала: «Я всю жизнь работаю с мужчинами, а поддерживают меня именно женщины». После номинации ко мне стали приходить представители разных женских организаций Франции, и мне история этой страны открылась с совершенно неожиданного ракурса. Так, право голосовать женщины Франции получили позже, чем женщины в Турции. Очень долго замужняя француженка, расставаясь с мужем, не имела права самостоятельно снять себе квартиру без согласия мужа. Ведь, оказывается, Франция до сих пор живет по Коду Наполеона, где женщина приравнивается к несовершеннолетним. Эти детали меня шокировали. Россия в данном вопросе была намного прогрессивнее. Женщиной с большой буквы была русская императрица Екатерина II. Женщина имела принципиально иной статус в России, чем во Франции. Бесправие француженок продолжалось практически до появления Симоны Вей на международной арене, которая отстояла права женщин, в том числе и на возможность прекращения беременности. Мне довелось встречаться с Симоной Вей в Париже. Она боролась за права женщин Франции много путешествуя, сотрудничая с разными организациями Америки, Швейцарии, Италии, Англии.

Француженке добиться успеха гораздо сложнее, чем французу. А у меня была иная ситуация - я иностранка, русская, и меня часто воспринимали словно инопланетянку. Я всегда ходила на каблуках, а не в кроссовках и старых джинсах. Я всегда использовала макияж, носила длинные волосы. Это многих шокировало. То есть я не укладывалась в стандартные французские рамки восприятия женщин-ученых. Я не говорю про наш регион Лазурного берега. Это как бы государство в государстве.

А каков типаж ученой француженки?

Если брать университетскую среду, то женщины обычно не красятся, не делают маникюр, ходят без каблуков, очень скромно одеваются. Если ты на каблуках, с распущенными волосами, тогда тебя могут отнести к категории «бимбо», то есть воспринимают как милую, приятную во всех отношениях даму, но не ученую. И у меня было много комичных ситуаций, когда французские мужчины знакомились и начинали за мной ухаживать, и их первое впечатление не совпадало с реальностью, особенно когда разговор переходил на профессиональные темы, французские мужчины тяжело и болезненно воспринимали научные дискуссии. Российское образование научило меня системно мыслить, что очень пригодилось на всю жизнь.

И «Женщиной года» меня выбрали за профессиональные заслуги, за публикации научных работ, за то, что я стала экспертом и сделала большой шаг в своей карьере. Не скрою, премия вызвала огромную волну ревности и вставления палок в колеса со стороны местных коллег. Но это - неотвратимый атрибут любого успеха.

Елена, вы также всегда много занимались просветительской и образовательной работой?

В 2000 г. именно в силу возможности ездить и смотреть, что творится в мире, участвовать в международном проекте исследования генома человека мне пришла в голову идея создать первый во Франции и в Европе курс «Предиктивная медицина в ежедневной практике врача» - как использовать генетику в повседневной жизни. Ко мне приезжали на занятия врачи не только со всей Франции, но и из окружающих франкоговорящих стран. В 2001 г. мы создали и первый в Европе международный конгресс по практическому использованию генетики в повседневной жизни и превентивной медицине. Приехали звезды мирового уровня - профессора и практикующие врачи из Америки, России, Италии. Ученые с радостью откликнулись на возможность рассказать практикующим врачам о том, как наука может преломляться в практику. Собственно вся моя работа как эксперта заключается именно в этом - применение науки к практике в медицине. Конгресс состоялся под эгидой и защитой тогдашнего президента страны Валери Жискар Д'Эстена.

Елена, как вы оказались в Ницце, а затем в Монако?

В рамках своей образовательной медицинской работы я встретилась со своим будущим мужем. Я тогда жила в Виши, он - в Марселе. Мне захотелось жить на Лазурном берегу, и мой муж поддержал меня, как, впрочем, поддерживает всегда во всех начинаниях. Вместо того чтобы возразить и сказать, к примеру, что ты сошла с ума, он ответил: «Замечательно, давай будем жить в Ницце!» Сложность заключалась не во мне, потому что мне для работы ничего кроме компьютера и интернета не надо, а именно в том, что он дантист. Потребовалось время, чтобы супруг нашел кабинет и перенес его из Марселя в Ниццу. Так ровно 10 лет назад мы начали свою жизнь с нуля в этих краях. Мы здесь никого не знали, но спустя 2 года меня пригласили поддержать один международный проект, который был представлен в Торговой палате Монако. И, видимо, это настолько удалось, что ко мне подошел председатель и спросил: «Собственно, где вы живете?» «В Ницце», - ответила я. «А почему вы не живете в Монако?» «У меня муж француз», - сказала я. «Но вы русская, подавайте документы, мы хотим, чтобы вы жили и работали в Монако». И буквально через несколько недель, в конце 2009 года пришло подтверждение, что все документы готовы. Это был очередной виток и вираж судьбы.

Сегодня успешно функционирует созданный вами Европейский институт здоровья и превентивной медицины, расскажите о нем подробнее.

В рамках нашего Института ведется и научная работа, и консалтинговая работа. Хотя продолжаются и большие государственные проекты, ведь я остаюсь европейским экспертом. Например, в 2005 г. я принимала участие вместе с другими ведущими международными экспертами в большой программе Евросоюза по тематике «Качество и здоровье пищи» с довольно большим для Европы бюджетом в 145 млн евро. В программу была включена нутригенетика, нанотехнологии, превентивная медицина и многое другое.

К сожалению, существует большой разрыв между тем высоким уровнем того, что возможно сделать в этой области, и тем, что происходит в реалиях на местах. И большая часть работы касается образования. У меня написаны книги специально для врачей как на французском, так и на русском языке - о практическом применении генетики в повседневной жизни.

Но если раньше мы готовили врачей и передавали им эти знания, то в настоящее время, учитывая огромный поток информации, наиболее эффективно работать напрямую с населением. Я веду авторские радиопрограммы, а с этого года стартует телевизионная программа «Секреты антиэйджинга», которая будет идти 2 раза в месяц по каналу Chik TV. И, конечно, публикуюсь на страницах ваших печатных изданий «МОНАКО». Через медиа мы можем давать тематические интервью на тему здоровья, антиэйджинга и рассказывать людям о современном состоянии этих непростых и быстро развивающихся областей.

Кроме того, Институт занимается и индивидуальными восстановительными программами для отдельно взятых людей. С 2002 г. клиники в разных странах отправляют мне пациентов - наиболее сложные случаи. Потом пациенты начали обращаться напрямую. У нас сложилось дополнительное сотрудничество с московскими клиниками. Сейчас поступают предложения по сотрудничеству из Дубая.

Каким образом идет развитие самого Института?

В настоящее время мы работаем с пациентами из более чем 20 стран мира. И мне приятно, что люди приезжают к нам в Монако за достаточно эксклюзивной услугой, которую мы можем им оказать в плане здоровья. Помимо программ по молекулярному антиэйджингу, менопаузе, андропаузе, очень востребованы индивидуальные программы против усталости. Не говоря уже о регуляции веса и других нюансов здоровья. Все это является молекулярным подходом изначально. Кроме этого у нас есть филиал квантовой медицины с самыми новейшими технологиями в Ницце. Эксклюзивные техники дают очень высокий результат. Также у нас появился третий сектор, возглавляемый специалистом Кзавье Буке - это биомеханический чек-ап, программа, которую поддерживает правительство Монако. Таким образом, для наших клиентов мы предоставляем эксклюзивные и высокоэффективные технологии, работая на высокоиндивидуальной основе на результат.

Вы также занимаетесь выпуском высокоэффективных препаратов в том числе, не так ли?

 Совершенно верно. На выпуск препаратов меня вдохновили мои студенты и мои пациенты, так как это препараты генной регуляции. Они получили поддержку правительства Монако, и мой бренд Baranova Monaco также был одобрен в Княжестве.

Наши препараты действительно эксклюзивные, потому что обладают свойством активировать ДНК. Они зарегистрированы везде по Европе и имеют сертификаты Княжества Монако. Это особая профессиональная линейка с «лакшери тач». Хотелось, чтобы людям было приятно брать в руки сами препараты, чтобы они были не просто очень высокого качества, но также соответствовали высоким эстетическим критериям лакшери и удовольствия. Этого удалось достичь, и мне всегда приятно слышать благодарности наших пациентов. Многие говорят, что им приятно брать в руки капсулы, и, принимая их, возникает особое чувство удовольствия. Помимо того, что продукт эффективен, он еще и выглядит привлекательно. А эффективность его доказали в очередной раз наши исследования по квантовой геномике, которые были представлены на многих мировых конгрессах, в том числе в Монако, Швейцарии, Петербурге в прошлом году. Мировой рынок БАДов огромен, но согласно официальной статистике 97% препаратов неэффективны. Можно долго говорить о преимуществе наших препаратов, но лучше их увидеть. Квантовая геномика четко иллюстрирует энергетический потенциал, который был зафиксирован у человека до приема препаратов и после. Например, в случае с препаратом «Энерджи 1» результат наступает через 45 минут, возрастая в 2-3 раза за счет активации работы наших генов и клеточного дыхания. Это очень наглядно и соответствует истине.

Именно за эффективным результатом к нам обращаются люди со всего мира.

Мы с удовольствием поможем и составим вам индивидуальные программы на базе нашего Института, а также на базе партнерских клиник и центров. Всю нужную информацию вы найдете на нашем сайте: www.baranovamonaco.com.

Также часть наших препаратов можно купить в свободной продаже в салоне Margy's в торговом центре «Метрополь», 2-й этаж, в Монако.

Информация:

Телефон: + 377 97 98 04 66

+ 33 (0)6 80 86 96 38

Адрес: MonacoVilla Bianca

29 Rue du Portier 98000 Monaco

www.baranovamonaco.com

 

© Copyright «МОНАКО И ЛАЗУРНЫЙ БЕРЕГ» - печатная газета и журнал на русском языке в Монако и Франции.

Top Desktop version