Воскресенье, 14 июня 2020 20:51

Кронштадтский пастырь

14 июня - день памяти святого праведного Иоанна Кронштадтского и 30 лет со дня его прославления.

Протоиерей Иоанн Кронштадтский среди прихожан при выходе из Андреевского собора. 1898 год.

Митрополит Вениамин (Федченков) вспоминал, как во времена своего преподавания в духовной академии дал учащимся задание определить автора по текстам проповедей. «Священник из уездного городка», «обыкновенный проповедник» - предполагали студенты. И лишь один отметил, что чувствует в проповеднике «особого человека». Каково же было удивление аудитории, когда оказалось, что это проповеди знаменитого отца Иоанна Кронштадтского.
«Рай в каморке не меняй на чад кабацкий»

«Он любит всякого человека и в грехе и в позоре его».
Иеромонах Михаил (Семенов) об отце Иоанне Кронштадтском.

В декабре 1855 года в небольшом портовом городе Кронштадт, недалеко от Санкт-Петербурга, появился новый молодой священник - Иван Ильич Сергиев. Он приехал в город, где, по его же словам, «сатана видимо поставил престол свой»: где царствуют пьянство, уголовщина, нищета…
При этом был он непривычно для этого места горяч. Отец Иоанн желал служить Литургию каждый день, и настоятелю городского собора первое время пришлось забирать домой антиминс, чтобы немного остудить пыл своего нового клирика. Он выходил на прогулку после 11 вечера, когда на улице встречался только всякий «сброд», заходил в бедные дома и помогал - делом (мог, например, постирать белье за бедную мать, пока та на работе) и милостыней (продуктами и лекарствами, покупать которые шел сам, деньгами, которых и сам имел немного, или собственными вещами - бывало, что возвращался домой без сапог).
Святой праведный Иоанн Кронштадтский

Сохранились воспоминания одного ремесленника о том, как приход пастыря в его «дрянную конурку» на окраине изменил его жизнь. Было ему двадцать с небольшим, но уже имел он жену и двоих детей, а образ жизни вел - «работал и пьянствовал». Однажды, вернувшись сильно нетрезвым домой, он увидел у себя батюшку и своего маленького сына у него на руках и хотел было поскандалить, но не смог: «Опустил я глаза, а он смотрит, прямо в душу смотрит. Начал говорить. Не смею я передать все, что он говорил. Говорил про то, что у меня в каморке рай, потому что где дети, там всегда и тепло, и хорошо, и о том, что не нужно этот рай менять на чад кабацкий. Не винил он меня, нет, все оправдывал, только мне было не до оправдания».
Кронштадтского священника не всегда понимала интеллигенция, зато своей открытостью и стремлением позаботиться о каждом он быстро обрел абсолютную любовь простого народа.

«Огонь, зажигавший всех»
«Я стараюсь быть искренним пастырем не только на словах, но и на деле, - в жизни. Поэтому я строго слежу за собой, за своим душевным миром, за своим внутренним деланием».
Св. прав. Иоанн Кронштадтский на встрече с нижегородским священством, 1901 год.

Когда отец Иоанн был уже известным священником, ему приходилось добираться до дома от Андреевского собора, в котором он служил, и обратно на извозчике. Казалось бы, что ж удивительного? А то, что от его квартиры до храма и пешком-то было идти всего ничего. Но на пути батюшки всегда были толпы его почитателей: одни - хотели задать вопрос, другие - получить благословение, третьи - попросить помолиться, четвертые - просто взглянуть…
В алтаре всегда его ждали стопки телеграмм с просьбами о молитвах. А когда он причащал, верующие толкались и готовы были лезть через железную ограду, лишь бы приобщиться к Таинству из его рук. «Конечно, даже смотреть на все это было больно, - писал еще студентом присутствовавший при служении святого Иоанна Кронштадтского митрополит Вениамин (Федченков). - А с другой стороны, как осудить такое стремление простых душ к чтимому и любимому батюшке?! Ведь пред ними был пастырь, единственный на всю Россию, был великий молитвенник, чудотворец; был огонь, зажигавший всех! Потому и стремились к нему…»

Старица Параскева Ковригина

«Новое послушание»
«Ты своим словом и примером многих привлекла к святой Церкви и благочестивому житию».
Св. прав. Иоанн Кронштадтский о своей сподвижнице Параскеве на ее отпевании.
Как молитвенника-чудотворца батюшку открыла для верующих блаженная старица Параскева. Из Костромской области по последнему благословению своего духовника ученика Серафима Саровского старца Иллариона Решминского - «Иди в Кронштадт, там возсияло новое светило Церкви Христовой! Иди и служи ему» - она приехала в незнакомый город. И с 1872 года Параскева Ивановна Ковригина следовала за пастырем и всем рассказывала о его добродетельных поступках.
Сам же отец Иоанн вспоминал, как сменил прошение об исполнении над болящим воли Божьей на молитву об исцелении.
«Кто-то в Кронштадте заболел… Я стал молиться <…> Но неожиданно приходит ко мне одна старушка... и настойчиво требует от меня, чтобы я молился о болящем не иначе, как о его выздоровлении... Тогда я исповедал пред Господом свое ничтожество и свою греховность, увидел волю Божию во всем этом деле и стал просить для болящего исцеления. И Господь послал ему милость Свою - он выздоровел... В другой раз по моей молитве исцеление повторилось. Я тогда в этих двух случаях прямо усмотрел волю Божию, новое себе послушание от Бога - молиться за всех, кто будет этого просить».
«Только Ковригина и могла, кажется, послужить путеводным указателем такого великого светила в духовном мире», - говорил один из ее современников. Хотя сам святой не искал славы, она поехала в столицу, чтобы и там рассказать о нем. И в маленький портовый городок потянулись к батюшке верующие из Санкт-Петербурга, а потом и со всей России.

Протоиерей Иоанн Кронштадтский с супругой Елизаветой Константиновной. 1890-е гг.

«Настоящая матушка»
«Жена моя - ангел».
Св. прав. Иоанн Кронштадтский о своей супруге.
Тысячи людей стекались в Кронштадт, количество почитателей отца Иоанна росло по всей империи. Священник, педагог, основатель «Дома трудолюбия», чудотворец. Всех - от простых людей до царственных особ - впечатляло его молитвенное дерзновение, работоспособность, милосердие и открытость всякому просящему, Самим Господом данный ему дар помогать. О нем писали в газетах. Он стал настоящей «звездой».
А дома этого удивительного подвижника ждала жена Елизавета Константиновна - преданная ему женщина, которая по молодости сердилась, если он раздал все жалованье на милостыню и не на что было жить, беспокоилась, как бы батюшка не простыл, плакала над его постелью, когда он был болен, чьи яблочные пироги он обожал и о которой говорил: «мастерица ты у меня», «настоящая матушка».
Как известно, жили супруги как брат с сестрой (и это непросто было сразу принять молодой женщине), но в доме у них с двух лет воспитывалась племянница матушки Руфина, о которой, по ее же словам, дядя с тетей «неустанно пеклись, заботились, берегли, как только нежно любящие родители могут заботиться и лелеять свое любимое дитятко». Они дали ей прекрасное образование, и сам батюшка внимательно следил за успехами племянницы, еженедельно просматривая ее оценки и подписывая гимназические тетради. Позже дети племянницы стали для семьи Сергиевых любимыми внуками.

Отец Иоанн со своим племянником Игорем Шемякиным. 1890-е гг.

Руфина Григорьевна Шемякина вспоминала гостеприимный дом, в котором выросла: «Как о. Иоанн никогда не жил личною жизнью, отдавая себя на служение человечеству, так и Елизавета Константиновна никогда не жила для себя, только круг ея деятельности складывался уже, ограничивался служением родным и близким; их радостями она радовалась, их скорбями скорбела. Я помню ее, когда ей было лет сорок пять. Очень подвижная, с добрым, благообразным лицом, вечная хлопотунья, она любила всех обласкать, пригреть и накормить; как сейчас смотрю на нее, подвязанную белым передником, в кухне, делающую сладкий пирог; любила она сама постряпать, сама купить провизию, сама за всем присмотреть, чтобы все было чисто и вкусно».
53 года прожили супруги вместе, поддерживая друг друга, и умерли, как и предсказывал батюшка («ты-то до весны доживешь, а я - нет»), с разницей в полгода в 1909 году. Последние месяцы Елизавета Константиновна очень тосковала по супругу, для которого всю жизнь была тихой и кроткой «охранительницей».
Отец Иоанн был погребен в Петербурге, в Иоанновском монастыре на реке Карповка, «Божьей милостью строителем» которого святой сам себя называл. Матушка была похоронена возле Кронштадтского Андреевского собора, в котором служил ее отец и всю свою жизнь прослужил муж. Когда в советское время собор был снесен, ее могила была утеряна.

Общая исповедь Иоанна Кронштадтского в Андреевском соборе - репродукция с картины. Из фонда ЦГАКФФД СПб.

Отче праведный Иоанне, моли Бога о нас!
«Поэтому-то так особенно светло и радостно для нас, как вторая Пасха, предстоящее великое торжество его церковного прославления!»
Архиепископ Аверкий (Таушев) о канонизации св. прав. Иоанна Кронштадтского.
Старший сын Руфины Шемякиной Игорь Николаевич много лет бережно, но тайно хранил фотографию, на которой он вместе со своим крестным отцом Иоанном. Даже однажды случайно увидевшей карточку дочери он сказал: «знакомый священник». Потомки и близкие батюшки прятали такие реликвии, иногда даже отрезали части фотографий с ним, опасаясь проверок органов безопасности. Богоборческая власть старалась вычеркнуть из жизни народа память о Боге и о таких ярких Его угодниках...
Впервые о канонизации святого Иоанна Кронштадтского заговорили в эмигрантской среде. В 1950 году в Русской Православной Церкви за рубежом начали обсуждать этот вопрос, но лишь через 14 лет было принято наконец решение. Иерархи РПЦЗ не сомневались в святости отца Иоанна, но считали, что торжественное прославление его - дело Всероссийской Церкви. Между тем народное почитание в среде русских за рубежом росло - издавались книги, был создан фонд имени батюшки, - и в 1964 году Архиерейским Собором Зарубежной Церкви было постановлено «Признать святого праведного отца Иоанна Кронштадтского Божиим угодником, причисленным к лику святых, в земле Российской просиявших».
Архиепископ Аверкий (Таушев) описывал значение этого события: «Отец Иоанн - наш, настоящий православный русский пастырь, настоящий православный русский «батюшка»: именно отсюда - его величие и слава, и этим-то он особенно близок и дорог нам, православным русским людям, не отрекшимся от великих духовных сокровищ нашей Святой Православной Веры и от славного прошлого нашей Родины - Святой Руси!»
Возле Иоанновского монастыря на Карповке в день совершения чина канонизации св. прав. Иоанна Кронштадтского 14 июня 1990 г.

В России прославление святого произошло в 1990 году.

8 июня состоялась канонизация, а 14 июня, через несколько дней после своей интронизации Патриарх Московский и всея Руси Алексий (Ридигер) во дворе Иоанновского монастыря при огромном скоплении народа - люди забирались на заборы и даже на крыши соседних домов - впервые совершил богослужение, на котором Русская Православная Церковь обратилась наконец к отцу Иоанну Кронштадтскому как к святому.

Прославление св. прав. Иоанна Кронштадтского 14 июня 1990 г.

По свидетельствам присутствовавших при этом событии, помост, сооруженный для молитвы Патриарха, был установлен точно напротив небольшого выбитого на стене обители крестика, к которому приходили поклониться любящие батюшку верующие, пока усыпальница его долгие годы была замурована.
**
Сегодня о святом праведном Иоанне Кронштадтском написано много книг, опубликованы его проповеди и дневники. Читая их, как когда-то митрополит Вениамин (Федченков), мы можем увидеть, что «сила его слов была не в оригинальности мыслей и не в ораторском их изложении, а в силе его духа: у него слова дышали пламенем...» И даже через более чем сто лет после его смерти, обращаясь к святому, мы можем соприкоснуться с пламенем великой живой веры.